Глава 12

Вокруг расстилалось бескрайнее космическое пространство, куда человечество ещё не успело залезть. Всё сделанное людьми осталось далеко позади, лишь корабль, который только условно можно назвать плодом человеческих рук, спокойно бороздил просторы пустого пространства. Внутри него лежал человек и сражался сам с собой.

Сложно сказать, как тянулось время внутри корабля, слишком мало точек опоры, точек отсчёта. Казалось, что всё неизменно. Большую часть времени Странник лежал на кушетки в рубке, уйдя головой в виртуальный мир войны с самим собой. Что делать Страннику вне электронного мозга искина? Чем заниматься в одиночестве на корабле, который летит в полнейшей пустоте? Да и вообще, что может быть быть лучше чистого разума. Потому он вылезал из этого сладкого плена лишь для удовлетворения физиологических потребностей, но, даже удовлетворяя их мыслями, оставался в мире реализованных психических движений.

Что может быть лучше чистой победы над самим собой? Только две победы.  Сражения, происходящие вне вербального поля, крайне сложно описать обыденным языком, годящимся для рассказов о героических поступках рыцарей на турнирах. Нам легко описать словами, а потом представить, тяжесть копья, удар тупого наконечника о прочные стальные латы, хруст ломающегося древка, боль вывихнутого плеча. Как же описать победу силы воли и сосредоточенности над практически такой же силой воли? Где найти слова описывающие ловкость мысли, её гибкость, позволяющие обмануть самого себя, но вчерашнего, обмануть, так как это практически единственный способ выиграть при равенстве сил и возможностей. Только выдумывание новых стратегий, которых ты не знал вчера, позволяет защититься от вчерашних же хитроумных атак и пробить, как вчера казалось, абсолютную защиту разума.

Как подобрать аналогию, чтобы описать словами едва заметное движение ума, которое маскируется грубыми мыслями. Или размышления на поверхностном уровне, под которыми скрываются истинные мысли, но и они не самые глубинные — ещё глубже не слова и образы, но тени, которые решают, что будет в следующий миг, решают независимо от всех мысленных наслоений, что заставляют работать зеркальные нейроны противника не в том направлении.

Молчаливые битвы без слов и жестов. Жесточайшие битвы без движения.

— Диана, нам нужны контроли.

Странник сделал недельный — старая привычка дробить время на бессмысленные недели, дни и часы— перерыв в боях, чтобы отдохнуть, вкусно поесть и, вкушая свежие фрукты — за миллиарды километров от Земли! — посмотреть любимые фильмы, послушать любимую музыку. Они приносят не только удовольствие, но и вдохновляют, подкидывают идеи в самых неожиданных местах.

— Мне нужны контроли для моих битв, иначе можно углубиться в такую чушь и глушь, что потом мозг будет уже не поправить.

Если каждый день сражаться со вчерашним собой, то в какой-то момент мозг найдёт уловку, хитрость, обязательно не требующую больших усилий, больших затрат энергии, что сможет успешно ежедневно побеждать, но не будет развиваться, начнёт, в целом, деградировать. А зачем развиваться, если каждый день ты успешно побеждаешь и не нужно менять правила игры. Очень опасная ситуация, тупик, в который попадают многие виды, выбравшие путь узкой специализации. Странник не хотел этого допускать.

Нельзя давать мозгу лениться, необходимо закрывать любые пути отступления, ведущие к лени. Лень — естественное состояние души и тела, эволюционно выстраданная защита от перегрузок, конкурентно выгодная стратегия, проверенная миллионами лет. Сложно перебороть лень, чтобы бороться с путями развития лени. Пчелы против мёда. Ещё одна битва с собой, никогда не со вчерашним, но всегда с завтрашним.

В битвах, построенных по моделям игр, сделать контроли оказалось просто: Диана запоминала образ мозга каждый сотый бой и выставляла его в конкуренты на внеплановой игре-битве через сто боёв после момента запоминания. Каждый тысячный — через тысячу битв. Иногда случайным образом подставляла различные старые состояния ума Странника, чтобы проверить, не потерял ли он какие-то старые умения, развивая новые. Если реальный человек проигрывал контрольным, то происходил откат последних игр, делалась попытка повести развитие мозга иным путём.

Ментальные игры выжимали Странника досуха, он выкладывался полностью, ему даже сны снились о том, что он ведёт бой с самим собой или с Дианой. Или с неизвестным — что самое страшное, так как непонятно чего ждать. Во снах ему не удавалось расслабиться, а вот наяву, вне битв он расслаблялся, но в меру, чтобы не дать мозгу потерять форму. Никакого алкоголя, тяжёлой и жирной пищи, правильное питание и физические нагрузки — непросто содержать мозг на пике его нормы.

Вместе с тем, иногда, особенно в момент окончания особо неприятного сна, проскальзывал безответный вопрос: зачем? Иногда стало переходить в регулярно и в часто. Вопрос перестал выходить из головы, отвлекать от сражений. Зачем это всё?

Проведено огромное множество игр, разработаны стратегии и тактики, проверены все закоулки мозга на работоспособность. Все возможные уголки мозга — мозга созданного природой, отбором, как социальный орган, предназначенный для общения с себе подобными. Ментальное противостояние с человеком — это самый острый вид борьбы, внутривидовая конкуренция, но эволюция создала ум человека не только, и даже не столько, для борьбы, сколько для взаимопомощи, так как человек никогда не мог выжить в одиночку. Да и можно ли назвать существо человеком, если он вне общества. Странник раньше никогда не задумывался над этими вопросами, его интересовали люди исключительно как объекты научного исследования, но вот он провёл вдали от них длительное время и понял, что это не совсем то, что ему нужно.

Возможно, тут свою роль сыграла тренировка мозга, может быть где в глубине, в подкорке, обработались данные тех социологических и психологических экспериментов, которые он проводил с Дианой. Может быть, невозможно проверить, сам искин как-то влиял на мозг во время длительных непосредственных контактов. Как бы то ни было, Странник решил заняться саморефлексией, отвлечься от бесконечных боёв, ведущих в никуда и подумать над тем, а что ему нужно, хочется от жизни, что он ещё собирается делать. Времени впереди у него хоть залейся, но бессмысленность жизни начала проявляться и тяготить — а выхода он не видел. Не видел, что же можно делать такое, что не было бы бессмысленным. Мечты закончились, всё реализовал, всё создал, нет идеалов, к которым можно было бы стремиться.  Ему вспомнились строки из далёкого времени, когда он ещё был в институте:

Я видел, как те, кто ушел из игры,

Стали взрослыми за несколько дней.

Когда больше нет подростковой мечты,

Что ты будешь делать с жизнью своей?

 

— Диана, у меня есть в запасниках эта песня? — И напел те несколько строк, что смог вспомнить.

— Конечно, группа «Тараканы», называется «Тишина — это смерть». Поставить?

— Давай, поставь на повторе, чтобы крутилась, хочу вслушаться, впитать эту песню, а то не отвяжется.

Что ты будешь делать с жизнью своей? Вопрос не выходил из головы, Странник забросил ментальные бои, вернулся к гуманитарным наукам, экспериментам, которые в виртуальной реальности проводила Диана. Ушёл с головой, в который раз, в виртуальный мир, в Матрицу, где изучал людей, их природу и психику. Лишь изредка он отвлекался на игру и выигрывал пару раундов. В один из таких моментов у него в мозгу вспыхнула строчка из песни «Кого и чем ты сможешь согреть?» и он вывалился из боя с проигрышем.

Вот оно! Когда больше нет подростковой мечты, кого и чем ты сможешь согреть? Странник неожиданно, как молнией ударило, решил плохо сформулированную задачу: я — человек, я — социальное животное и моё место в социуме, среди людей; или даже так: я хочу быть человеком, что-то во мне требует им быть. Раньше Странник никогда не ощущал никакой общности с людьми, они даже не казались ему похожими на него самого — есть люди, а есть он со своей Дианой. Не сказать, что сейчас она появилась, нет, но в нём проснулось чувство себя как человека, как существа принадлежащего к виду Homo sapiens — к чему-то, что в нём заложено изначально и что уже не изменить. Можно тренировать ум, обновлять тело, но что-то начальное, что заложилось в детстве и юношестве, останется там навсегда. Человек — это звучит гордо. Жалко, реальность расходится со словами. Но, может быть, это можно изменить?

Можно ли изменить человека? Можно, но лишь в определённых, зачастую крайне узких, пределах. Нельзя взять и изменить человека на желаемое, чтобы общество стало идеальным. Но можно ли изменить человечество? Это совсем не то же самое, что изменить человека. Каплю воды нельзя изменить, разве что испарить, лишить её качества воды, капельности, но можно изменить русло реки, в которой течёт эта капля, сохранив саму реку. Каждая капля сама по себе не изменится, но река будет впадать в другое море, другой океан. Идея с поворотом рек забыта, но, возможно, так получится сделать с человечеством. Для этого нужно много времени, сил, денег, влияния — всё это есть у Странника. Или он это может получить при необходимости. Почему бы не попробовать?

Чувство долга или ответственности — что-то подобное щемило в груди. Долг перед человечеством, хотя он ничего не брал у него и не нёс перед ним никакой ответственности. Странник долго думал, что же его связывает с человечеством, почему он вдруг изменил своё отношение к людям, которых раньше скорее не любил, во всяком случае, вблизи. Может быть, достаточно далеко от них улетел и, вернувшись, это чувство пропадёт? Нет, что-то изменилось в нём самом, что-то проснулось. Спящий должен проснуться. Он ощутил себя человеком, но не смог отследить, что же именно в нём изменилось. Раньше бы сказали зов предков, кровь рода или что-то типа этого. Новый вид рефлексии, самоидентификация, нахождение себя в мире — новые слова о том же самом.

Идея появилась, но ещё не сформировалось понимание того, что делать с этой идеей. Предвкушение мечты, силуэт идеала. Странник вышагивал по кабине и стучал кулаками в стену — понимание не складывалось, не хватало какого-то кусочка пазла. Кажется вот, мысль уже тут в голове, но она постоянно ускользает, уворачивается от внимания. Уже хочется творить и создавать, действовать сломя голову, но ещё не понятно, что именно нужно делать. Момент перед стартом, растянувшийся на мучительно долгие минуты и часы.

— Нужно отвлечься, Диана, давай ещё пару боёв прогоним.

— После большого перерыва советую сделать хотя бы один контрольную игру, чтобы проверить уровень.

— Хорошо, один контрольный, а затем один обычный, исходя из результатов первого.

Привычная нематериальная виртуальность, где нет тела, нет иллюзии чётких границ, нет почти ничего привычного, только ментальная мощь своего разума. Своего и чужого. Борьба противоположностей, как сказали бы когда-то. Единство и борьба противоположностей. Единство и борьба… Точно! Странник не провёл и первого сражения умов, ему хватило погружения в ирреальный мир, чтобы найти в нём потерявшийся пазл, дополнить картину и получить полноценную мечту, идеал, к которому снова можно стремиться.

— Диана, разворачивайся, мы возвращаемся на Землю!

Добавить комментарий

Войти с помощью: