На перекрёстке солнечных дорог. Триптих

Кто ты? Наказанье или милость?

Кто ты? Отрекаться не спеши.

Может, за душой моей явилась?

Только нет души…

Ария «Кто ты?»

С холма открывался красивый вид. На берегу ясно-синего моря расположилась небольшая деревенька, всего пятнадцать-двадцать дворов да церковь с колокольней, стоящих вдоль единственной дороги, идущей откуда-то из леса к небольшому причалу. Обычный рыболовецкий причал, куда пристают только маленькие судёнышки и лодки с рыбой. Тут никогда не видели больших океанских кораблей, что ходят вдалеке от здешних прибрежных скал, опасных для крупных судов. Вокруг деревни простирались поля, луга, вырубки, но… от всего этого веяло страхом… тьмой. Часть домов стояли с забитыми окнами, хотя в огородах был полный порядок, без зарослей сорняков. Остальные дома ощетинились укреплёнными ставнями и тяжелыми засовами. Домашних животных на выгуле не видно, улица тоже была пуста, только пара человек прижимаясь к заборам шла к дому, на котором можно было разглядеть вывеску. Видимо, местный кабак, таверна, единственное место, где люди могут встретиться и пообщаться. Может, там есть и гостиница? В любом случае, это первое место куда стоит зайти путнику.

Старик хозяин наливал пиво рыбаку Яну, когда открылась дверь и на пороге появился неизвестный. На нём был длинный плащ неприметного серого цвета. Капюшон низко опускался на лицо и был виден только блеск глаз, необычный блеск — в нём смешивались радость, счастье и сила. Когда путник двигался по залу, казалось, что плащ плывёт над полом — так тихо и равномерно ступал неизвестный. Он подошел к стойке и тихим, но хорошо слышным голосом спросил:

— У вас можно перекусить?

— К сожалению, у нас только жареная свинина и картошка.

— Меня устроит, спасибо.

— Присядьте, я принесу.

— И пива ещё.

— Хорошо.

Путник сел за столик в самом углу, лицом к залу и начал из-под капюшона разглядывать собравшихся. Его пронзительный взгляд спокойно скользил, не оставляя без внимания ни одной детали. Людям становилось несколько зябко под его взглядом, но они не ушли, они были уверены в себе, так как это было их место, а он у них в гостях. Хозяин принёс мясо с картофелем на большом подносе. Поставив еду и пиво перед незнакомцем, он недоверчиво посмотрел на него и проговорил:

— Вам придётся расплатиться и уйти до 10 вечера.

— Вы так рано закрываетесь?

— Да… последнее время стал неспокойно в деревне… мы рано ложимся спать… и закрываем все двери и окна. Так что советую вам, пораньше покинуть деревню, а то не найдёте пути… в тумане… — При последнем слове путник резко поднял голову и внимательно посмотрел на хозяина.

— Что за туман? Налейте себе пиво, за мой счет, и составьте мне компанию. Я хочу послушать, что здесь происходит, пока ем.

— Не думаю, что это история хороша за едой…

— Не волнуйтесь, я слышал много историй. — Хозяин налил пива, сел напротив путника и с удовольствие приступил к рассказу, ему явно не хватало новых слушателей.

Всё началось пару месяцев назад. Однажды вечером пришёл туман, густой, тяжелый. И остался: появляется каждый вечер, с восходом солнца пропадает. В тумане сгинуло много коров и овец, пропало пять человек, которые вышли в сумерках. От них ничего не осталось, не нашли ничего, ни единого следа. Тем, кто прятался в домах — снились ужасные сны, что-то звало их на улицу. За это время жизнь в деревне стала невыносима, три семьи ушли из деревни куда-то вглубь континента. Многие думают о том же. Последним пропал местный священник, это было неделю назад. С тех пор колокола молчат, никто не ходит на молитвы. Староста не готов принять решения об общем исходе из деревни — слишком много труда было вложено в её создание, да и много рыбаков, которым нечего делать вдали от моря, а приморских деревень нет на многие километры. Когда старик закончил, неизвестный взял кружку пива и сделал большой глоток, мучительно длинный для тех, кто следил за происходящим за столиком.

— У вас можно снять комнату?

— В деревне нет гостиницы, но я могу дать вам комнату над заведением. За умеренную плату.

— Хорошо, меня это устроит. Покажете её сейчас? Я хотел бы оставить там вещи и сходить прогуляться по берегу моря.

— Уже поздно, опасно гулять, особенно около моря.

— Я сниму комнату на сутки. Деньги вперёд. И приготовьте, пожалуйста, завтрак часам к 6 утра. Поплотнее — больше мяса и какой-нибудь сладкий десерт.

— Хорошо…

Неизвестный встал, оправил плащ. Хозяин поднялся за ним и показал куда идти к лестнице на второй этаж. Через пять минут они вернулись вниз, было непонятно, какие вещи оставил путник в комнате, так как с ним не было никакой сумки. У прилавка он заплатил хозяину за ужин, постой и завтрак. В зале уже почти никого не осталось, только последние два рыбака о чём-то спорили в углу. И только они слышали как путник выходя сказал старику, что вернётся утром, к завтраку.

С моря дул холодный ветер. Белые барашки волн разбивались о редкие скалы, буруны говорили о том, что тут много подводных препятствий. Несколько лодок мерно стучало бортами о деревянные балки сходней. Путник стоял на берегу рядом с причалом и смотрел, как отблески заходящего солнца играют на воде. Море на глазах становилось серым с металлическим отблеском. Только солнце коснулось горных вершин, как из моря начал подниматься туман. Поднимался быстро и обволакивал всё вокруг. Уже через пять минут не было видно другого конца причала. Путник сбросил с головы капюшон. Длинные волосы подхватил ветерок, который только нагонял туман, а не рассеивал его, как обычно. Голову обхватывала серебряная диадема с большим изумрудом над переносицей. Из складок плаща вынырнул полуторный меч, блеснул острым кончиком и мягко, привычно лёг в правую руку. Путник казалось врос в землю, немного уменьшился ростом, укоренился. Туман достиг состояния вязкой жидкости, в которой не видно даже пальцев вытянутой руки. Что-то приближалось, двигалось со стороны моря. Резкий крик сотряс густой туман, боевой клич с трудом пробил плотную пелену и достиг цели. Послышался ответ. Послышался? Да, но только в уме, ментальный ответ, слабая попытка завладеть сознанием. Путник мысленно улыбнулся — это была атака способная повредить только обычному человеку. Несколько движений руками и туман снова вздрогнул — плотный сгусток невидимой обычным глазом энергии рассек его и пропал… Противник силён. Ответный удар пришёл и на ментальном уровне и в виде оформленной энергии — у тумана выросли лапы, когти, крылья, клювы. Человек закрутился в красивом, но смертельном танце — туман терял силу сталкиваясь с холодно-ликующим лезвием магического меча. Сквозь свист воздуха было слышно, как море разбушевалось, волны заливали причал. Что-то приближалось, что-то большое…

Оно ментально слабее, силы же у него столько, что может уничтожить приличный город. Тонкая стрела вонзилась в тёмный разум противника, он понял, что теряет контроль над телом. Его последняя попытка вырваться… кажется, что море выходит из берегов, вода доходит уже до колен. Огромная туша обрушилась на причал, заполонила, кажется, полнеба. Обломки шлюпок, брёвен пролетают мимо, чуть не задев голову. Как будто туман достиг критической точки и стал чем-то твёрдым. Огромный разум, сложно сокрушить, остановить… длинные плети тумана пытаются бить по человеку, но легко рассекаются сталью. Вот! Сердцевина воли — главный оплот разума! Туман застыл, замер и начал отступать в море. Огромная туша с оглушающим плеском погрузилась в воду. Нельзя убивать его тут, слишком большая туша. Собрав волю и оставшиеся силы в кулак человек послал приказ: уплыви в дальнюю пучину, ляг на дно и умри. Внутренним взором он видел, как оно послушалось и быстро двинулось прочь. Не совсем материальное тело несётся сквозь, именно сквозь, воду. Путник опустился на одно колено, опёрся о рукоять меча, опустив голову, и замер. Через час бывший противник достиг цели и умер. Где-то далеко, там, где его съедят рыбы, съедят то, что можно съесть, остальное очень не скоро сможет выбраться оттуда.

Туман начал сходить на нет, утро было уже совсем близко. Когда солнце показалось своим первым лучиком, воздух был кристально чист, а ветер разносил утреннюю свежесть. В успокоившемся море плавали жалкие обломки причала, больше ничего не говорило о том, что произошло ночью. Путник повернулся к деревне — она ещё спала в страхе. Взгляд остановился на самой высокой постройке — колокольне. Накинув капюшон, он двинулся к ней. Меч как будто сам спрятался в плаще.

Жители просыпались мокрые от холодного пота. Их разбудил шум. Только через несколько секунд они поняли, что это колокольный звон, звон, которого они не слышали уже больше недели. Звон рано утром, когда никто не решался выйти на улицу, — открыть дверь или окно. Страшно. Привычно страшно. Звон зовёт на улицу. Непривычный звон, наполненный какой-то лёгкостью, радостью, желанием улыбнуться и начать творить. Постепенно дома открывались и люди высыпали на улицу. Народ спешил к небольшой площади перед церковью. Площадь быстро наполнилась — пришла вся деревня. Звон смолк и люди увидели на колокольне человека. Это он, тот неизвестный в плаще, что появился вчера — раздавались возгласы в толпе. Он ушёл к морю вечером! И остался жив! А тумана нет! Тут путник поднял руки и толпа внизу быстро смолкла, насторожено ожидая, что он скажет.

— Тумана больше не будет! Не бойтесь выходить на улицу и в море! Вам больше ничего не угрожает! — Тут голос замолчал, напряжение в толпе возросло. — Противник оказался сильнее, чем я думал… извините… я не смог его удержать… он разрушил причал… извините…

Толпа повернулась к морю и облегченно вздохнула — это мелкие потери, не существенные. Тем временем человек спустился с колокольни и направился в таверну. Там его уже ждал обильный завтрак. Кроме него в зале никого не было, только хозяин стоял в углу стойки искоса наблюдая за гостем, в ожидании жеста или какой-либо просьбы. Путник заканчивал завтракать, когда в зал вошёл солидный пожилой человек. Он шепотом поговорил о чём-то с хозяином и, дождавшись когда незнакомец доест, подошел к его столу.

— Здравствуйте, путник! Я староста деревни — Эд. От имени всей деревни, в благодарность за то, что вы сделали, я прошу вас принять сей скромный подарок. — Он положил перед незнакомцем кожаный кошелек.

— Меня зовут Странник. — Взяв кошелек, он подбросил его, оценивая вес. — Я приму ваш подарок. — Любопытный люд следил через все щели таверны. — Но при одном условии.

— Каком? — в полном недоумении спросил староста.

— На эти деньги вы построите мне пристань. Не такой причал как был, а большую — для морских кораблей. Сможете построить за две недели? — Он положил кошелёк на стол перед старостой.

Староста раскрыл рот. К нему на помощь пришёл человек подглядывающий в ближайшее окно и слышавший весь разговор.

— У меня есть брёвна! Я хотел построить новую баню, но готов их отдать на пристань. У моего соседа Тана, тоже есть брёвна — остались со строительства конюшни. Эй, Тан! Иди сюда!

Весть разлетелась по деревне быстрее огня. Решение было принято само собой. Конечно построим!

— Хорошо. Тогда беритесь за дело. Мне надо поспать. Хозяин разбудите меня, пожалуйста, завтра утром.

— Как скажете. Завтрак будет готов сразу. Что-нибудь ещё, Странник?

— Нет, спасибо. Я сниму у вас комнату ещё на пару недель. — Вставая из-за стола Странник скинул капюшон, диадемы на нём не было.

Когда Странник ложился, уже были слышны распоряжения раздаваемые старостой. Люди воспрянули с духом и были готовы трудиться в общем, приятном для всех деле. Голова коснулась подушки и в ней промелькнула мысль — как хорошо, я успел!

Сразу после завтрака пошёл тренироваться. Выбрал узкий проход между домами, такой, где никто не ходит и без окон. Шагнул на первый уровень Сумрака. Столько стало теней, серых полутонов и оттенков… Но вокруг ничего не изменилось, остались те же дома, асфальт с каким-то мусором. И чувствуется как Сумрак тянет Силу, совсем чуть-чуть. Мне говорили, что я не такой как остальные, меньше из меня тянет силы Сумрак, мне проще ходить по слоям, правда, сам ещё толком не проверял — дальше второго никогда и не был. И всё потому, что я не такой как обычные Иные — не Светлый и не Тёмный. Меня решился инициировать только Инквизитор, думал, что я сразу пойду к ним работать. Но я отказался, сказал, что хочу сначала освоиться, даже отказался от учителя. Хочу почувствовать себя первооткрывателем, благо времени на изучение у меня предостаточно. Вот первый слой, меня уже не видят люди, но могут увидеть все Иные, самый простой уровень, доступный всем. Здесь могу даже спать, Сила не кончится. Тут я чувствую себя как дома. Сумеречный. Ни Свет ни Тьма, что-то среднее, баланс, равновесие. Самый приспособленный для Сумрака, и только для него. Второй шаг, новый слой Сумрака. Сюда уже не всякий может попасть и видится всё несколько иначе. Тут сложнее находиться, Сумрак агрессивнее или просто более чужой, чуждый. Прошёлся — перемещаешься тут очень быстро, обогнал летящий пакет, заглянул внутрь. Покинул переулок и посмотрел как тащатся машины по улице, люди почти замерли на месте, еле ползут. Попробую что-нибудь сделать, простенькое. Сфера отрицания, заклинание для магов пятого уровня. Получилась неплохо. Отвод глаз, для 6-го уровня. Отлично получилось. Ещё раз сферку — получше встала. Оппа! Похоже мою магию засекли. Дневной Дозор. Слабенький маг смотрит через сумрак, ищёт кто мутит Сумрак. Развлечёмся. Кинул ему пресс, простое замедляющее заклинание. Первый раз использую, даже не попал по магу, но он вздрогнул и стал нервничать. Шагнув на первый слой, он стал осматриваться. Я попытался сделать слепок его ауры, но не сумел. Почувствовал какие-то вибрации в Сумраке, кто-то приближался по второму слою. Поставил на себя защиту от зондирования, обновил отвод глаз, хотя это заклинание от людей, а не Иных. Маг торопился, но не забыл поставить на себя защиту, такая мне ещё не знакома. Когда он приблизился достаточно близко, я напрягся и шагнул на третий слой. Опять новое видение мира, первый раз такое вижу. Сильно изменился внешний вид вещей, предметы искусственного происхождения видоизменились, стали похожи на естественные. Маг несколько смутился — он не успел разглядеть меня и удивился, что неизвестный ушёл на третий слой, куда могут ходить немногие. Для меня это оказалось не очень сложно, ощущение Сумрака изменилось, он сильнее, больше сосёт Силу, но как-то уютнее на третьем. Пока маг раздумывал, что же делать, я осмотрелся и вернулся обратно на второй слой. Он признал меня и сказал, что я нарушаю Договор. Нет, я же не отношусь ни к одной стороне Силы, которая заключала договор, даже к Инквизиции не отношусь, так что извините, что нарушил ваш покой, удаляюсь. Не нанёс никому вреда, не сдвинул равновесие ни в одну сторону — какие могут быть претензии?

Мой дом — моя крепость. Всегда хотел реализовать это пословицу. Теперь появилась такая возможность. Защитные заклинания позволят сделать крепость неприступной, во всяком случае для людей. Мне дали книгу с большим количеством защитных заклинаний разных уровней силы. Из них не все получаются, некоторые тут же пропадают, но я упорный, тренируюсь. Теперь ставлю защиту и на третьем слое Сумрака. Но на сегодня хватит, устал, всё-таки первый раз на третьем слое сумрака. Хороший, удачный день.

Когда Странник заканчивал завтракать к нему подсел пожилой мужчина.

— Здравствуйте, меня зовут Сигурд. Извините, что вас беспокою, но у меня проблема. Я каждый день вожу свой скот на пастбище на склоне холма, туда ведёт только одна дорога. В одном месте она проходит мимо болота. Последний месяц у меня в том районе пропадают коровы. Пару раз я видел какое-то существо, уносящее тушу в чащу. Не могли бы вы помочь мне? У меня не много денег, но я заплачу за работу. — Он положил две золотые монеты на стол.

— Где находится это болото?

—- На северо-востоке от города, в двух километрах. В ту сторону идёт одна дорога, вы не перепутаете.

— Я посмотрю. — Странник встал даже не посмотрев на деньги, хозяин забрал их обратно.

После обеда Сигурд чинил в сарае старый плуг, когда туда заглянул Странник. Некоторое время он просто наблюдал за старательной работой, затем молча подошёл и показал, что нужно сделать, чтобы поправить плуг.

— Я сходил на болото. — Когда плуг был сделан заговорил Странник. — У вас больше не будут таскать скот.

— О! Спасибо огромное! Зайдёте выпить свежего молока или браги?

— От прохладной браги не откажусь, спасибо. У вас в деревне есть кожевенник?

— Да, Регнар. Он живёт через два дома от меня.

В доме быстренько накрыли стол, поставили большую бутыль браги, Сигурд снова положил две золотые монеты на стол перед Странником, на этот раз тот их взял. Позднее он зашёл к Регнару.

— Я хотел бы вас попросить сделать для меня одну работу. В болоте на северо-востоке от деревни, совсем рядом с дорогой вы найдёте три туши — одну большую и две поменьше. Снимите с них шкуру и выделайте их. За работу оставьте себе две маленьких, а большую я позднее заберу. Согласны на такие условия?

— Да… я сделаю, в лучшем виде. — Предложение было неожиданным, но всё равно работы последнее время было мало. Он не решился спрашивать чьи это туши.

С того дня каждое утро к Страннику подходил кто-нибудь и просил сделать мелкую работу. И после выполнения платил свою небольшую плату, иногда расходились бартером. В свободное время Странник гулял по лесам или смотрел на морскую гладь, как будто что-то ища или ожидая. Так незаметно прошло две недели и пристань была готова. Как-то утром на рассвете он стоял на самом дальнем краю пристани и, казалось, смотрел куда-то за горизонт. Вдруг он весь напрягся. Где-то далеко, на пределе видимости, появилась точка. Она росла, приближалась. Странник облегчённо вздохнул.

Поздним вечером к пристани подошёл корабль. Большой фрегат.

— Я хочу занять церковь этой ночью.

— То есть?

— Я хотел бы один помолиться этой ночью. Мне нужны свечи, поставьте во все подсвечники. Я заплачу. Я хотел бы начать в половину одиннадцатого. Никого не должно быть в церкви, пока я буду внутри. Заприте двери снаружи, а утром откройте. Вот. — Человек положил крупную купюру на стол.

Странная сложилась ситуация. Святой отец ведёт беседу с человеком в сером плаще, который говорит так, как будто тут хозяин, но в тоже время это всё же просьба, хотя и требовательная. От него исходит уверенность, искренность, чистота, почти святость(, такая, что невозможно отказать, просьба кажется совершенно естественной. Голос у него ровный спокойный, почти без интонаций, только доброта слышится в голосе.

— Хорошо, мы всё сделаем. К половине одиннадцатого всё будет готово.

— Спасибо, только не зажигайте свечи, всё остальное я сделаю сам. — Человек чуть поклонился, развернулся и вышел из церкви. Сразу на ступеньках он накинул капюшон и скрыл лицо.

Странный человек, подумал священник, но я чувствую, что он не принесёт нам вреда. Надеюсь у нас наберётся столько свечей. Зачем ему столько?Огромное количество вопросов возникает, но только после его ухода…

В сумерках человека в плаще было практически не видно, он следил за последними приготовлениями. В половине одиннадцатого он зашёл в церковь. Свечи стояли, прибрано, ничего лишнего. Он молча кивнул священнику, оглядел церковь.

— Закройте, пожалуйста, боковую дверь. — Он показал рукой на правую часть алтаря, — я не хочу, чтобы за мной наблюдали, это может быть опасно для тех, кто будет следить.

— Хорошо…

Когда закрыли все двери и погасили электрический свет, в церкви стало темно. Часть служителей разъехалось, но один остался — ему было очень интересно, что же будет. Утром, когда пора было открывать церковь, он рассказал то, что видел, хотя никак не мог этого объяснить или понять. Где-то через полчаса после закрытия дверей, церковь осветилась, как будто зажгли все свечи разом. Но как такое может быть, как один человек может зажечь все свечи одновременно? Они горели довольно долго, к утру погасли так же в один миг. Всё это время была абсолютная тишина в церкви и вокруг неё.

Начали стекаться прихожане на службу, пора было открывать. В центре главного помещения церкви стоял человек, он развернулся на звук открывающихся дверей.

— Доброе утро! Спасибо вам! Свечи не догорели, сожгите их, пожалуйста, сейчас на утренней службе. — Он поклонился и вышел из церкви.

Утренняя служба прошла в некотором напряжении, народу было больше, чем обычно. Всё шло спокойно, пока в конце одна пожилая женщина не вскрикнула: икона мироточит! И упала в обморок. Мироточение наблюдалось в течение недели, затем постепенно закончилось. На это явление стекалось множество людей. Ходили слухи о явлении святого, о спускании ангела с небес, но только священники шепотом передавали весть о человеке в сером плаще.

Примерно через две недели я пришёл в небольшую церковку в Киеве. Чувствовалась сила в этих стенах, здесь было спокойствие. Подходящее место, стоит попробовать. Я подошёл к женщине, убирающей сгоревшие свечи и спросил, где можно найти священника. Она сказала, что он во дворе говорит с прихожанами. Дождавшись, когда очередь вопрошающих окончится, подошёл к нему.

— Сын мой, какой у вас вопрос? Вы проделали большой путь, чтобы попасть сюда.

— Да, путь неблизкий. У меня не вопрос, а просьба. Мне нужна церковь на ночь. Я хочу побыть в ней один. Много свечей ещё нужно, во всех подсвечниках.

Всё прошло как в прошлый раз на окраине Петербурга. Дверь закрыли и я остался один на один с накопленной силой, как тут принято называть, намоленное место. Хорошее место… Закрыв глаза я начал налаживать контакт с местом, улыбнулся ему. Постепенно руки поднимались и, сделав резкое движение, опустились вновь. При этом воздух колыхнулся, прошла волна силы и все свечи зажглись. Дальше было трудно судить о времени, но когда глаза открылись уже светало и люди шли отпирать двери.

— Дожгите свечи на утренней молитве. Все свечи. Можно мне остаться на молитву?

— Конечно!

После молитвы опять была найдена мироточащая икона. Я попросил разрешения взять немного мирры.

— Как вы это собираетесь сделать? Икона же за стеклом.

— По этому поводу не волнуйтесь.

Я поставил небольшой стеклянный пузырёк под икону и закрыл глаза, сосредоточился. Мирра на иконе стала более жидкой и потекла. Она проникла сквозь раму и начала капать точно в пузырёк. Через минуту она снова загустела и перестала сочиться сквозь дерево.

— Спасибо, я закончил. — Закрыл пузырёк плотно стеклянной пробкой.

Так легко шагать после такой ночи, кажется наполнен энергией до краёв. Хочется всем дарить улыбки и счастье. Зашёл в пустой переулок, три шага и я уже далеко, ещё пять и я дома. Пещера с замаскированной дверью. Здесь я предаюсь размышлениям в одиночестве, тренировкам и работой с силой. Не так важно, где находится моё убежище, так как я могу попасть сюда из любого места мира, а другие сюда ещё ни разу не попадали. Здесь тихо…

Следующим храмом была Псково-Печёрская лавра. Там я тоже собрал бутылочку мирры. После моего посещения количество паломников увеличилось на порядок, как и в предыдущих местах. Затем я посетил ряд крупных монастырей и соборов, везде собираю мирру. Между посещениями была пауза от недели до месяца. Никто не мог предсказать, где и когда я появлюсь в следующий раз, никто не видел откуда я прихожу и куда ухожу. Но многое изменилось, когда я пришёл в небольшую церковь в глубине Сибири. Деревенька ничем не примечательна, затеряна в лесах, но деревянное здание церкви видело многое и молятся в ней действительно искренние православные. В ней служит один священник средних лет.

Та же, уже ставшая привычной, процедура, как всегда полученное разрешение, согласие, ночь в церкви, утренняя служба, сбор мирры.

— Не хотите остаться на чай?

— Мне нравится ваше предложение, но чуть позже. Прогуляемся? — Он кивнул и мы вышли из церкви.

— Я слышал о вас. Почему вы выбрали нашу маленькую церковку в такой глуши?

— Размеры не имеют значения, важно как и кто молился. У вас сильные духом люди и верующие, верующие так, как не бывает в больших современных городах. Неважно во что верят, важна сама вера. Через минуту продолжим разговор.

Мы подошли к реке и я пошёл в воду прямо в чём был, окунулся с головой и вышел обратно. Замер и через полминуты от одежды пошёл пар.

— Есть и ещё одна причина, почему я пришёл сюда. — Продолжил я, ещё не высохнув до конца.

— Какая? — Мы двинулись в обратный путь.

— Вы. — Я вынул какую-то водоросль из складки плаща. — Именно вы.

В доме рядом с церковью был разведён самовар. За чаем мы долго говорили, иногда спорили. Утром священник написал письмо своему руководству, отнёс его на почту. И ушёл за мной.

В самом дальнем конце пещеры располагалось самое священное место. На каменных сводах висели иконы, свитки, изображения святых, символы различных вероисповеданий. Под православными иконами в маленькой каменной нише стоял ряд пузырьков с миррой. Я поставил последнюю, заполнив нишу до конца. Другие ниши были ещё пусты.

Добавить комментарий

Войти с помощью: