Глава 13

в которой все готовятся к броску и вспоминают Молотова.

Два дня прошли в тишине: состав прятался на станции, общинники беспрепятственно шастали по всему городку, столкновений с байкерами не было. Этого времени оказалось достаточно, чтобы собрать всю необходимую информацию и построить полную диспозицию противника и понять его планы.

Банда байкеров, название прочно закрепилось, не планировала уходить из Гатчины. Каждый день они стаскивали из окрестных домов всё, что могло гореть, а по ночам гуляли и пьянствовали в свете высоких костров, во множестве горевших на площади. Когда они спали — не очень понятно, видимо, каждый отдельно, когда придётся. Жизнь в лагере байкеров кипела круглые сутки. Кто руководил работой — тоже не удалось выяснить. Байкеры собрали большие запасы еды и алкоголя в привокзальных постройках, которые круглые сутки охранялись, правда не лучшим образом — охрана тоже пила. Машины и мотоциклы стояли по кругу вокруг пространства костров, как бы разделяя два мира. Организация выглядела хромающей на обе ноги, но никто из общинников не сомневался, что в случае тревоги, они как один возьмутся за оружие и проявят дисциплинированность. Однако, никто не хотел это проверять.

В отдалённых районах Гатчины байкеры почти не бывали, удалось даже найти несколько неразграбленных магазинчиков. Там можно спокойно передвигаться, заниматься мародёрством, но жить с таким соседством некомфортно. Хотя кто-то жил: община приняла в свои члены пятерых человек, которые прятались от байкеров всё время их присутствия в городе. Они же рассказали, что это нашествие началось уже давно, пару месяцев назад, приехали они, видимо, из Петербурга.

Вся информация была собрана, больше ждать нечего, нужно принимать решение. Для этого снова собрался совет общины в одном из заброшенных домов, с левой стороны от станции.

— Вот карта, с расположением более-менее постоянных групп байкеров, их машин и складов. Они тут осели надолго, ждать, что они уйдут — нет смысла. Вывод: Гатчина для нас потеряна.

— Потеряна в ближайшее время. В этом году — не думаю, что эта группа переживёт зиму.

— Ну не сидеть же нам тут до зимы!

— Конечно. Нужно выбрать другое место, где можно будет осесть.

— Или вернуться обратно.

— Нет, мы решили, что в Петербурге ближайшее время жить будет плохо. Нужно что-то вроде Гатчины. Ну или совсем деревню.

— Деревни тут рядом есть.

— Может быть в Пушкин? Там тоже дворцы, парки. Или Павловск.

— Интересные варианты, но как мы туда попадём?

— Легко! Вернёмся в Петербург, там по окружной дороге выйдем на витебское направление и вперёд! Это даже ближе, чем до Гатчины.

— А мне, вот, как-то не хочется возвращаться. Как бы это объяснить… мы проделали такой путь, а тут взять и вернуться, обнулить всё сделанное.

— Не согласен. Мы просто потратили время впустую. Ничего мы не достигли, ничего от чего мы откажемся вернувшись. Считай, что мы в самом начале пути, ещё никуда не отъехали.

— Но это же не так…

— Мне тоже не очень хочется возвращаться, одни крысы чего стоят. Хочу держаться подальше от города. И у меня есть предложение. Да, рискованное, но, мне кажется, риск оправдан.

— Какое?

— Дальше по этой ветке железной дороги есть посёлок Сиверский. Он, с одной стороны, прилично отдалён от города, от всех городов, и даже от крупных шоссе, но, с другой стороны, он сам достаточно большой. Там есть и пятиэтажки, и деревенские дома, и шикарные коттеджи, которые должны были сохраниться. В Сиверской есть плотина, которая когда-то была электростанцией — представьте, если её возродить, пусть даже с малой мощностью. У нас будет море электричества! В посёлке есть магазины, в том числе строительные — мы сможем строить. Была промышленность, поищем, что можно будет восстановить, подключить к электричеству от ГЭС. Вокруг есть поля, которые можно будет засеять. Должны были быть животноводческие фермы — может быть выжили коровы, козы. Может есть частники, которые выжили со своим скотом. В Сиверской течёт река, не очень большая, но она длинная, впадает в Лугу — можно освоить водный транспорт. Перспектив огромное количество!

— Ты умеешь завлекать, Андрей! Не посёлок, а рай какой-то!

— Да, примерно так и есть: в округе мало где растут сосны, только в Сиверской.

— И что ты предлагаешь?

— Виктор, я предлагаю прорваться мимо байкеров и доехать до Сиверской. Там не обязательно вставать на виду на основных путях, можно заехать на какой-нибудь завод или склад. Насколько я помню, там довольно много путей.

— Так, Андрей, давай разберём твоё предложение по пунктам. Прорваться. Как ты это себе представляешь?

— Легко, я уже думал над этим вопросом, ещё до того, как подумал про Сиверскую. Мы отвлекаем байкеров, например, устраиваем пожары в паре домов, небольшую перестрелку вдали от железки. Пока они занимаются своими проблемами, мы на всех парах мчим мимо вокзала — нужно проскочить маленький кусочек пути, преследовать нас будет сложно. Вряд ли они рискнут поставить машину на рельсы.

— Между прочим неплохая идея. Ведь наши пути делались с расчётом на это.

— Не думаю, что байкеры это знают, и что они будут это делать в ночи, чтобы нас преследовать.

— Да, но мы можем так делать, чтобы быстро передвигаться по железным дорогам. Это будет значительно быстрее, чем на этой черепахе.

— Можем, но мы отвлеклись. Андрей рассказывал про свою идею.

— Да, мы прорываемся с минимальным столкновением. Затем проезжаем 20 километров — и всё, мы на месте.

— А если случится так, что там свои байкеры?

— Согласен, такое может быть, но маловероятно. Там значительно меньше притягательно, чем в Гатчине.

— А если там остались местные и они не гостеприимны.

— То их можно понять, но можно и убедить в нашей полезности. Или поделить посёлок, он растянутый вдоль реки, места много. Предполагаю, что их там следовые количества, примерно как в Гатчине, так что они с радостью к нам присоединятся.

— То есть самое сложное — это проехать мимо байкеров.

— Конечно, но и самое быстрое.

— Ну не скажи, нужна грамотная подготовка. Расстановка сил. Вот, например, кто будет отвлекать? И как они догонят основную группу, состав?

— Можно сделать длинный фитиль или дистанционный взрыватель.

— Или посадить их на лошадей. У нас две лошадки уже почти пришли в себя, набрали в весе. Думаю, их завтра обкатать. Далеко, конечно, не увезут, но чтобы уйти от погони по полям — сгодятся.

— Не полями, а через парк. И встретиться где-нибудь за парком, там есть какой-то тупичок, там где наши пути пересекаются с окружной железной дорогой.

— Как вариант.

— Я готов поехать. У меня большой опыт езды.

— Хорошо, Виктор. Кто ещё?

— Игорь, вроде, с лошадьми много занимается, должен и ездить нормально.

— Окей, тогда вдвоём и поедете. Маршрут мы вам продумаем. И что делать — тоже.

Таким образом серьёзного сопротивления план Андрея не встретил. Никто не хотел брать на себя ответственность и предлагать другой вариант, ведь в случае провала его все будут обвинять, что из-за него отказались от такого блестящего плана Андрея. Хотя сейчас никто не был уверен в его блеске и даже просто выполнимости. Но решение принято и нужно действовать.

Когда? Планирование и подготовка займёт минимум сутки, лошадей нужно объездить, проверить можно ли на них положиться. Дмитрий послал четверых лазутчиков проверить можно ли проехать по путям после вокзала — если на них стоит поезд или где-нибудь полотно разрушено, завалено, то можно сразу же отказаться от плана. Конечно, был ещё запасной вариант свернуть на другую ветку и вернуться на север к Петербургу и попробовать удачу в Красном селе, но это уже в черте города, ближе, чем хотелось бы Андрею.

Он наблюдал, как лагерь вновь ожил после двухдневного ожидания. Все готовились, собирали вещи, которые разбрелись по всему лагерю. Кто-то даже укреплял вагоны, создавал пусть видимость, но защиту от предполагаемого обстрела — мало кто верил, что проскочить получится без стрельбы. И, уже не в первый раз, он почувствовал себя без дела в самый разгар жизни общины. Он распределил роли, раздал задания и осталось просто ждать, когда всё будет готово. Андрей работал не в фазу со всеми остальными: он напряжённо думал, планировал в то время, когда большинство валялось в вагонах или рядом с газовыми горелками в заброшенных домах. Сейчас же у него появилось свободное время и возможность немного прогуляться.

Небольшая улица отходила перпендикулярно железной дороге — знакомый для Андрея путь, по ней он неоднократно ходил, приезжая в Гатчину. Улица, сплошь засаженная деревьями и всегда пустынная, — потому Андрей почти что вернулся в прошлое, во времена до карантина. Тёплым летним утром здесь можно было идти и за всю дорогу до парка встретить буквально трёх-четырёх человек. Сейчас и их не было, но это не портило иллюзию прошедшего времени. Узкие тротуары, широкие газоны, под одним деревом кто-то оставил велосипед — вряд ли за ним вернётся. Кстати, тоже хорошее средство перемещения, подумал Андрей, не хуже, чем лошади, и кормить не нужно. Обязательно обзаведёмся парком велосипедов, когда осядем где-нибудь.

Слева начался сквер, тоже зелёный и, казалось, неизменный, не заметивший пандемии. Только детей нет на детских площадках, стоит звенящая тишина. Но вот ещё чуть-чуть и снова Андрей попадает в настоящее — широкая улица, одна из центральных, раньше тут всегда был шумно, запружено машинами и людьми. Он свернул в сквер и подошёл к бюсту Ленина. Тот стоял на гранитной стелле и смотрел на всех свысока. Дедушка Ленин, подумал Андрей, всё ещё тут, смотрит на мир как и прежде. Что ты пережил? На сколько переломных моментов смотрел ты со своего каменного пьедестала? Живее всех живых — от большинства не осталось и следа, а про тебя ещё долго будут спрашивать: «Мама, мама, а кто такой Л-е-н-и-н? Тут на камушке написано.»

Но что это? Как будто прошлое возвращается мощной волной, захлёстывает настоящее и накрывает тех, кто не успел спрятаться. Байкеры! Интересно, куда это они едут? Может повезло и они решили уехать из Гатчины насовсем. Или просто поехали в рейд? Это тоже хорошо, меньше будет на базе, проще будет прошмыгнуть под их носом. Андрей спрятался за Ленина.

В этот раз колонны не было, только пара легковушек и полдюжины мотоциклов. Похоже, просто развлекаются, с какими-то флагами, с песнями, полуголыми девушками на задних сиденьях. Нет, с такими точно не нужно иметь дело, ничего общего не хочу с ними иметь. Они вот так вот пролетают и ничего после себя не оставляют. Кроме тишины.

А мы лучше? Есть ли у нас перспективы? Есть цели, мечты, но реальны ли они? Реализуемы ли? Может быть мы строим замок на песке, сарайчик из того, что есть, на песке горной реки, которая в любой момент может захлестнуть холодной водой, пройтись, вот как байкеры сейчас, уничтожить всё построенное и даже не заметить? Андрея снова поглотила пучина вечных вопросов, которые не дают ему покоя с самого начала. Но если не верить в мечту, то что делать, зачем жить? А зачем верить в полную ерунду? Мысли снова пошли по кругу, по цепочке плотно связанных нервных клеток, протоптанными, а значит устойчивыми, нейронными путями. Из такого замкнутого кольца вопросов очень сложно выбраться. Андрей мотнул головой — пора возвращаться, проверять насколько успешно идут сборы и подготовка.

В итоге решили, что нужно не просто что-то поджечь и взорвать, но немного пострелять, мелькнуть перед взорами байкеров. Потому обоим всадникам сделали по шесть бутылок с коктейлем Молотова — смесь, прошедшая многолетнюю проверку. Можно сказать даже многотысячелетнюю, так как общий принцип сохранился ещё со времён греческого огня. Состав коктейля сделали практически классический — ничего другого просто не было: мазут с железной дороги, бензин из канистр, найденных в гаражах, керосин из магазина для садоводов. Смешать, но не взбалтывать. Взрывателей не было, использовали древний способ затыкания бутылки куском ткани, пропитанной бензином. Мазут отлично прилипал к поверхностям и давал такой чёрный дым, что через него будет не увидеть двух худосочных всадников.

Один недостаток — не было возможности попрактиковаться в кидании: слишком много чёрного дыма, могли заметить. Надежда, что двое взрослых опытных мужиков справятся. Им требовалось поджечь пару строений, а потом дождаться байкеров, которые обязательно явятся посмотреть, что это происходит на их территории, закидать их остатками коктейля и ускакать в парк, туда, где нет дорог для автомобилей, где такие канавы, что мотоцикл завязнет — уходить будут через такие дебри, где только лошадь и пройдёт.

Виктор с Игорем держались уверенно и слегка навеселе. Все признавали, что риск есть и адреналин в крови вызывал похожее на опьянение состояние.

— Можете выпить перед началом. Только немного. Особенно ты, Виктор, не забудь — немного. У вас очень ответственное дело. Пара глотков для силы и всё.

— А лошадям можно глотнуть?

— Ну если ты сможешь их убедить глотнуть, то почему бы и нет. Но тоже — чуть-чуть.

— Конечно!

Основная часть общинников должна будет охранять поезд и толкать его. Вагон, который пригнали для прикрытия, сделали такой боевой точкой, которую можно быстро покинуть. Один из вариантов предусматривал завалить вагон на переезде, так что бы он полность перекрыл проезд автомобилей, но не загораживал нужный железнодорожный путь. Но это только при необходимости. Важнее всего на старте набрать скорость, чтобы максимально быстро проскочить площадь, выскочив из-за здания вокзала — дальше шёл пустырь, куда на машинах не попасть. Цистерна с топливом неудачно шла последней — отличная цель по уходящему составу, если взорвётся, то мало не покажется. Потому её сзади покрыли металлическими листами — защита так себе, но лучше чем ничего. Витала надежда, что всадники достаточно отвлекут байкеров, чтобы им было не до корявого состава, натужно как бегемот несущегося мимо их лагеря. В ином случае, община могла ответить стройным залпом. Но не долгом, так что важно было продумать когда кому и сколько стрелять. К счастью, над этим Андрею не приходилось думать — эта область принадлежала полностью Дмитрию, который вечером уверенно расставил людей и распределил оружие и патроны. Всё готово к следующему утру.

Лагерь постепенно успокаивался и засыпал. Немного нервная ночь, многие спят в обнимку с оружием и в полглаза. А кто-то и не спит.

— Андрей, ты чего не спишь?

— Думаю, не забыли ли мы что-нибудь. Проверяю — вроде всё правильно, но есть ощущение, что что-то забыли.

— Не мучай себя, всё отлично вы продумали. Не беспокойся, лучше поспи.

— Хорошо, Мира, попробую вздремнуть.

— Ты завтра где будешь?

— Пойду вперёд, буду смотреть на лагерь байкеров.

— Будешь сам давать команду к выдвижению?

— Да, скорее всего. Если не понадоблюсь где-то ещё.

— Милый, не лезь в пекло. Завтра обязательно где-то будет жарко, я не хочу, чтобы ты туда лез.

— Мира, как же иначе?

— Для этого есть Дмитрий, он лучше управляется с военными действиями, чем ты. Ты и сам это знаешь. Наблюдай, контролируй, но со стороны, из безопасного места.

— Это не всегда возможно… Посмотрим, как будут развиваться события. А ты где будешь?

— Тут, в вагоне, где же ещё.

— Может быть пойдёшь в дрезину? Там защита надёжнее.

— Нет, моё место тут. Если будут стрелять, найду как укрыться. Зато смогу помогать раненым.

— Ладно, действительно, давай спать.

Засыпая Андрей снова прокручивал в голове завтрашний день. Что мы упустили? Что готовит нам новый день, который вот-вот начнёт разгораться.

 

Добавить комментарий

Войти с помощью: