Гендерные различия у шимпанзе

Спорное место

В современном обществе принято говорить о равенстве полов, о том, что наше общество слишком маскулинно и даёт предпочтение мужчинам, ущемляя женщин. Со многими аргументами я согласен, но с некоторыми поспорил бы.

Есть ли равенство между полами и если есть, то в каком плане? Нужно ли предоставлять мужчинам и женщинам одинаковые возможности?

Разговор о равенстве между мужчиной и женщиной мне напоминает старый разговор о формировании фенотипа: что определяет фенотип — генотип или окружающая среда, что из них важнее? Так и с различиями между полами — их определяет генетическая, физиологическая, психологическая природа или влияние общества, культурные нормы? Из истории решения вопроса про фенотип мы знаем, что влияет и то и другое, в разные моменты в разной степени и взаимосвязи очень сложные.

Чтобы выявить роль врождённого в формировании различий между полами, можно понаблюдать, как с этим обстоят дела у наших родственников, у которых влияние культуры, социума значительно меньше или совсем отсутствует. Не претендуя на полноценное исследование воспользуюсь материалами из книги «Политика у шимпанзе»  Франса де Вааля, где описано множество различных аспектов взаимодействия шимпанзе. Уверен, что изучение большего объёма материалов (в том числе, новых) может дать более точные и наглядные выводы, но я, как и обещал, изучил лишь одну книгу и сделал анализ тех данных, которые в ней есть.

На самом деле анализировать эту книгу я начал исключительно по причине относительно длительного спора о различии полов в Телеграм-чате. Аргументы оппонента строились на знании этой книги, которую я тогда ещё не прочитал, и мне было нечего ответить, потому я решил её прочитать и собрать все данные, касающиеся сходства и различия полов, которые встречаются в этой книге.

Общий анализ показывает, что поведение шимпанзе очень похоже на наше — именно это и привело к популярности книгу, которая была написана тридцать лет назад, когда гендерные вопрос ещё не стоял так остро, как в современном западном мире. И это сходство позволяет людям говорить, что шимпанзиное поведение является исходным, «правильным» для человека. Более подробное изучение аспектов связанных с взаимодействием полов, которое автор мало акцентировал, позволяет предположить, что общество шимпанзе больше похоже на традиционное патриархальное общество, чем на то равноправное, которое пытаются построить в рамках европейской цивилизации. Используя множество цитат я постараюсь это показать.

Чтобы не бороться с соломенным чучелом, не опровергать или подтверждать размытые мнения давайте сделаем так: будем исходить из того, что шимпанзе показывают естественные отношения, те которые наиболее свойственны и оптимальны для высших приматов, к которым относимся и мы. То есть если так себя ведут шимпанзе, то и для человеческого общества было бы полезно, чтобы люди так себя вели; хорошо было бы отбросить те культурные наслоения, которые мешают такому устройству, таким гендерным ролям, которые есть у шимпанзе. Часто говорят, что женщинам навязывается мнение, что нужно быть красивыми, нравится мужчинам, потому, что это приятно мужчинам. Обвиняют патриархальное общество в формировании стереотипов поведения, возведении преград для реализации женщин в тех же областях, в которых мужчины имеют успех. То есть винят сложившиеся культурные взгляды, а не нашу животную природу. Обосновываться это может тем, что у шимпанзе нет такого гендерного (полового) различия, самка тоже может главенствовать в группе и так далее. Давайте посмотрим так ли это. Предположим, что естественные межполовые отношения оптимальны — так ли это мы обсудим в заключении — и поищем, где наследство от наших общих предков с шимпанзе. Я не буду делать многочисленные выводы, приведу данные из книги, а окончательные выводы вы сможете сделать и сами — уверен, это будет несложно.

Рассмотрим как устроено общество шимпанзе, напоминаю, что по материалам одной книги, в свете различий полов. Сначала хотел собрать цитаты и сделать из них смысловые блоки, но в самом конце книги нашлась небольшая главка про различие полов, где автор говорит о некоторых интересующих нас, в рамках заданной темы, вопросах, и я решил взять эту главу за основу, раскрывая её части цитатами из других мест книги, так как Де Вааль сам мало акцентирует внимание на этом для него маловажном вопросе.

Различие доминирования у полов

В главе «Различие полов» далеко не всё посвящено интересующему нас вопросу, что ещё раз подчёркивает насколько изменились взгляды на эту тему за последние тридцать лет, но всё же там есть много интересного:

Можно сделать вывод, что сотрудничество не всегда основано на симпатии, особенно в те периоды, когда среди взрослых самцов идет активная конкуренция за статус. Напротив, самки и детеныши обычно совершают вмешательства, определяемые симпатиями: как группа в целом они набирают около 75 %.

Вот уже здесь нам косвенно показывается различие: самки вмешиваются в драки на стороне тех, кто им нравится, а самцам приходится поступать иначе — чтобы поддерживать свою власть, своё иерархическое положение. Сразу возникает вопрос: а что самкам не нужно его поддерживать? Да, не нужно, так как оно значительно более условно.

Самцы строят строгую иерархию с доминированием, чтобы получать доступ к самкам — альфа-самец, если он единоличный лидер, что бывает не всегда, как показано в книге, осуществляет большинство спариваний в группе.

Йерун был альфа-самцом, он один отвечал примерно за три четверти всех спариваний. Если не считать половых актов с молодыми самками (которые вызывают не так много соперничества), его доля доходила почти до 100 %. Секс был его монополией в группе.

Потому самцу очень важно (точнее его эгоистичным генам) стать главным. У самцов возможность стать доминирующим определяется силой и умением договариваться. При этом у самок всё несколько иначе:

Основа иерархических позиций связана с полом. У самцов доминирование определяется коалициями. Господство самцов над самками в основном определяется их физическим превосходством. Но у самок самыми главными факторами, судя по всему, являются свойства характера и возраст.

Зачем вообще самкам нужна иерархия? Им не нужно выбирать самца — они сами разберутся, кто самый успешный, приспособленный. Самкам нужно вырастить потомство этого приспособленного самца и защитить их от убийства другими самцами. Что для этого нужно? Покровительство альфа-самца, его защита и еда. За защиту не нужно конкурировать — нужно поддерживать самца в драке с другими самцами, а вот за еду бывает конкуренция, но не в зоопарке.

Видимое отсутствие у самок амбиций, вероятно, связано с тем, что шимпанзе обычно не живут в столь закрытых сообществах и ищут пищу самостоятельно. У них гораздо меньше конкуренции за еду, чем в закрытых группах макак и бабуинов. А это означает, что у шимпанзе, живущих на воле, нет важного мотива стремиться к более высокому рангу, и по самкам в нашей колонии это заметно.

Однако, есть некоторые данные, что в дикой природе конкуренция всё же есть, а, значит, иерархия важна:

…доминирование много значит для диких самок шимпанзе: вероятно, высокий ранг обеспечивает их индивидуальными территориями с наиболее высококачественной пищей.

Я бы сказал, что современное европейское общество живёт почти как в зоопарке: нет необходимости конкурировать за еду. При этом де Вааль приводит и вот такое мнение исследователя, занимающегося дикими шимпанзе:

Это было отмечено и в Гомбе, где Дэвид Байгот пришел к выводу: «Вероятно, нет большого смысла описывать антагонистические отношения самок в терминах доминирования».

То есть поведение самок в плане доминирования и иерархии очень сильно отличается от поведения самцов. Я имею в виду, что помещённые в идентичные условия самки и самцы будут вести себя по-разному, так как имеют разные потребности. И это различия формируются не культурой.

Далее де Вааль пишет:

Контраст полов невозможно отрицать. Если попытаться выразить его в наиболее простых словах, один пол склонен защищать на основе личных привязанностей, тогда как другой склонен к стратегии и ориентирован на статус.

Если говорить про отличия в доминировании, то нужно отметить интересный факт: лидерами в нормальных условиях всегда являются самцы, если самки приходят к власти, то ничего хорошего не получается. Продемонстрирую это на примере.

В начале создания группы шимпанзе, о которой идёт речь в книге, новоприбывшим самцам не сразу удалось заполучить власть, что привело к стрессу для всех, а также к повышенному количеству травм. Шимпанзе по имени Мама была альфа-самкой и какое-то место занимала место альфа-самца — о последствиях этого положения для самой Мамы ещё будет ниже.

До присоединения к группе самцов частота травмирования составляла примерно одну обезьяну в неделю, и до выздоровления животное приходилось изолировать. В основном, травмы были работой Мамы. Она не только сильно кусалась, но даже пускала кровь и иногда разрывала своей жертве кожу. Хотя самцы никак не могут считаться милашками, они редко демонстрируют столь опасные формы агрессии. Похоже, они лучше контролируют свою агрессию. Кроме того, они блокируют эскалацию конфликтов самок, вмешиваясь в их драки.

При этом, когда проходила война самцов за престол альфа-самца, всё было значительно спокойнее:

Несмотря на силу Никки и возмущение самок, их столкновения никогда не приводили к травмам.

А два самца, борющихся за трон, за несколько месяцев получили лишь небольшое количество ранений:

Раны у Йеруна и Лёйта мы видели только после двух драк в спальном помещении и трех драк в группе.

Это может быть следствием ряда причин. Например, самцы, которые постоянно устраивают агрессивные демонстрации и драки, эволюционировали в сторону неприменения силы.

В биологии уже давно известна закономерность, что чем смертоноснее животные для особей своего вида, тем более символичной становится их агрессивное поведение: всё больше демонстрации агрессии, а не собственно её реализации, драк. Шимпанзе весьма сильные животные, имеют большие зубы: если бы самцы постоянно дрались в полную силу, то было бы очень много травм и смертей, и вид просто бы вымер. Потому эволюция отбирает такое поведение, которое позволяет без травм выяснить, кто сильнее, агрессивнее, кто будет альфа-самцом. У шимпанзе самцы очень часто совершают устрашающую демонстрацию, которая заменяет драки. Это поведение мне напоминает ритуальные человеческие бои до первой крови: дуэль не до смерти, а всего лишь до первой раны или падения с коня, чтобы выяснить, кто искуснее фехтует или лучше сидит в седле. Одна и та же цель: если рыцари будут убивать друг друга на турнирах, то вымрет весь цвет нации.

Так что у шимпанзе эволюция в течении длительного времени проводила отбор на менее травмирующее поведение. Но в основном у самцов, а не самок, так как самки, как мы уже видели, последние значительно меньше конкурируют, следовательно, у них значительно меньше отбор в этом направлении.

Тут нужно привести ещё одну развёрнутую цитату:

Эффективность самцов с большим рангом в контролировании агрессии стала ясной через пару лет, когда мы попытались держать самцов и самок раздельно в двух больших зимних залах. Мы полагали, что это приведет к снижению напряженности в колонии, поскольку у самцов не будет самок, за которых можно конкурировать, а самки и их потомство будут избавлены от частых демонстраций среди самцов. Через несколько недель самцы в своем зале чувствовали себя отлично, однако среди самок мы стали замечать все больше драк. Однажды разразился такой конфликт, приведший к серьезным укусам, что нам пришлось послать самцов, когда самки не стали отвечать на наши крики. Самцы, следившие за стычками на слух, бросились в зал самок и раскидали дерущихся в стороны. Тот же маневр нам пришлось повторить и через несколько дней – с тем же результатом. Я никогда не видел, чтобы самки шимпанзе так относились друг к другу. В целях предотвращения новых травм мы решили содержать колонию вместе.

Самцы играют регулирующую роль, без которой женский коллектив может скатиться до убийственных конфликтов. В нормальных сообществах шимпанзе основную роль защитника слабых играет альфа-самец. И, когда в описываемой группе шимпанзе к власти пришёл самец, травм и укусов стало значительно меньше.

Неудивительно, что Лёйт как альфа-самец должен был играть роль поборника мира и спокойствия, пытаясь предотвращать эскалацию конфликтов и помогая проигрывающей стороне. Поведение такого рода называют «контролирующей функцией» альфа-самца, и оно встречается у многих видов приматов.

Защитником, на самом деле, альфа-самец выступает не совсем по своей воле: это ему нужно, чтобы добиться поддержки самок и удержаться на вершине.

Другими словами, альфа-самец, который не способен защитить своих самок и детенышей, не может ожидать того, что они помогут ему отогнать потенциальных соперников.

При этом самки активно участвуют в формировании вертикали власти в группе, хотя в дикой природе меньше, чем на относительно небольшой площади зоопарке, где нельзя далеко уйти от других особей для драки один на один. Причём самки могут играть разную роль:

Характерная черта побуждения состоит в том, что самки, которые занимались таким подстрекательством, самоустраняются, когда в дело вступает самец. Они предоставляют ему возможность сделать всю работу самостоятельно.

Иногда подстрекают, но чаще наоборот:

В подобной ситуации самец никогда не реагировал на самку агрессивно. Иногда он пытается вырвать свою руку из рук самки, а если ему это не удается, он может поискать другой камень или палку. Потом он продолжает свою устрашающую демонстрацию. Но и это второе оружие также может быть конфисковано: однажды самка конфисковала не менее шести предметов у одного и того же самца.

У людей такое тоже часто встречается. А вот ещё интересная деталь, которая напоминает этическое одностороннее правило не поднимать на женщин руку:

Самцы иногда кусают самок, но только резцами. Напротив, самки, у которых нет больших клыков, используют свои зубы гораздо менее осторожно – как в боях с другими самками, так и при защите от агрессоров-самцов.

Отличие в силе конкурирования влияет и на структуру иерархии, её стабильность.

Основное отличие между иерархиями самцов и самок в том, что последняя оставалась стабильной годами.

За время наблюдения, которое описывается в книге, было трое альфа-самцов (все взрослые самцы группы), а структура иерархии самок не менялась. В этом плане ещё интересно привести цитату, которая имеет сильную внутреннюю отсылку, как мне кажется, к человеческому социуму:

Неопределенность иерархии самок связана во многом с отсутствием в их среде самоутверждения.

Закончим тему про доминирование интересным аспектом: самцы сильнее самок, чем часто пытаются объяснить то, что они доминируют, но есть вот такой аспект:

Согласно формальному критерию, определяемому тем, кто кого «приветствует», самцы доминировали в 100 % случаев; а по тому, кто выигрывает в инцидентах агрессии, – в 80 %. Но если речь была о том, чтобы отнять предметы или места, где можно посидеть, тогда самки доминировали в 81 % случаев. Поскольку у самок нет физических качеств, позволяющих требовать ресурсы силой, их превалирование должно зависеть от терпимости самцов. Однако тогда возникает вопрос – почему самцы позволяют самкам так поступать? Не может ли быть, что самки выходят на поле боя не с физической силой, а каким-то другим оружием?

Не только физическая сила и политика решает вопросы — точно так же как и у людей: прекрасному полу нужно уступать. А не говорить о равенстве.

Вернёмся к заключительной главе:

Различия полов, если речь о людях, раньше были весьма дискуссионным вопросом. Споры вращались вокруг противопоставления врожденных факторов развития и среды, причем многие феминисты и социологи подчеркивали последнюю и преуменьшали первые. Многим биологам такая дихотомия не нравилась: мы считаем, что все, что делают люди, определяется сочетанием различных факторов. В настоящее время общественное мнение тоже постепенно приходит к этой точке зрения. Мужчины и женщины различаются генетически, анатомически, на уровне гормонов, неврологии и поведения, т. е. просто нет смысла отделять поведенческие отличия от всех остальных.

Интересно, что автор пишет про общественное мнение. Я не особо за ним слежу, но, мне кажется, оно изменилось с тех пор. Так что мнение автора можно выразить очень коротко и точно: «мужчины и женщины различаются». Такое мнение служит для обоснования какой социальной структуры общества?

При этом де Вааль не считает, что это чисто генетическое отличие:

По прошествии какого-то времени я изменил свое мнение о различии полов у шимпанзе: раньше я объяснял их как врожденные поведенческие склонности, а теперь считаю, что они отражают различные социальные цели самцов и самок. Если разные полы пытаются получить от жизни разное, мы, очевидно, будем наблюдать разное поведение: путь к цели X требует поведенческой стратегии, отличной от пути к цели Y. Эти стратегии не обязательно генетически запрограммированы; они могут развиваться благодаря опыту и обучению.

Правда здесь возникает такой аспект: генетически не запрограммированы, но генетически заложена разница в требованиях и возможностях полов, а, следовательно, и поведении, то есть генетика и тут косвенно влияет на поведение.

При этом важно отметить вот такую отсылку, которую делает де Вааль, и который соглашается с ней:

Поскольку это различие полов универсально, Дж. Дерден, сделавший обзор литературы по этой теме, подчеркивает биологические, а не социально-культурные факторы.

Я использовал все интересные цитаты из главы про различия и почти все цитаты из книги в целом, которые относятся к теме доминирования и иерархии, но материал, связанный с темой различия ещё остался, так что я его приведу отдельно. Здесь же пора заканчивать — цитатой и выводом.

Кроме того, тот факт, что самцы часто вступают в конфликт безо всякой видимой причины, тогда как у самок и детенышей этого обычно не наблюдается, указывает на то, что перводвигателем тут выступает именно соперничество за такую «нематериальную» вещь, как статус.

Вывод: иерархия самцов и самок у шимпанзе качественно сильно различается. Самцы конкурирует за сильно ограниченный ресурс самок и потому их иерархия строгая и относительно быстро меняющаяся. Самки приматов конкурируют за еду, но у самок шимпанзе почти нет причин для конкурирования, так как они собирают еду индивидуально, из-за этого их иерархия значительно менее выраженная и более стабильная, чем у самцов. Социальные роли (и политика) самцов и самок, связанные в том числе с иерархией и особенностями конкурирования, достаточно разные, и размытие этих ролей до стадии неразличимости, как призывает теория равноправия, не обосновывается исследованиями на шимпанзе.

Прочие различия

Существуют некоторые различия, которые совершенно очевидны, например, связанные с детством. Понятное дело, что дети всегда находятся при матерях — искусственного вскармливания не существует, да и самцы шимпанзе вряд ли бы согласились этим заниматься. (В условия зоопарка, на самом деле, искусственное вскармливание есть, так же как и передача детёныша от одной самки, которая не хочет или не может его растить, другой).

Матери всегда защищают своих детёнышей, что и понятно — кто мать всегда понятно, а вот кто отец — обычно нет. Последнее является дополнительной защитой детёнышей: каждый самец в группе может быть отцом, следовательно агрессии с его стороны будет меньше. При этом альфа-самец защищает всех самок и детёнышей группы, о чём уже говорилось.

Если говорить не о кормлении, то заботятся и играют с детёнышами не только матери, но и «тётушки» — самки, обычно ниже рангом, которые в этот момент не имеют своих детёнышей, часто молодые или даже подростки. Самцы тоже участвуют, но только когда не заняты своими иерархическими делами.

Только в гармоничной группе взрослые самцы готовы проявлять внимание и терпение к детенышам и их поведению.

Проявлять внимание и терпение — это означает играть. Примерно как отцы в больших патриархальных семьях.

Понятное дело, различий между полами детёнышей не делается, но лишь до тех пор пока они не достигают подросткового возраста, то есть возраста 3-4 года, когда подростки оказываются в очень разном положении. Я бы сказал, что самцы в подростковом возрасте становятся изгоями, мальчиками на побегушках, а самки — принцессами, которым всё можно.

Во время подросткового периода самкам проще, чем самцам. Им не нужно силой прокладывать себе путь во взрослую жизнь, и к ним относятся гораздо более снисходительно, чем к молодым самцам. Не только Амбер, но и трех остальных девиц крайне привлекают детеныши других самок. Связь с более старыми самками выстраивается достаточно мягко – благодаря общему интересу к самым молодым шимпанзе.

Подрастающие самцы ещё слишком слабы, чтобы встраиваться в систему доминирования взрослых самцов, но и уже слишком большие, чтобы оставаться с матерями, потому болтаются отдельно. Самки могут «подрабатывать» играя роль «тётушек» при взрослых самках, то есть оставаться в защищённом положении в группе самок. Видно, что уже с подросткового возраста самцы и самки воспитываются по-разному, приспосабливаются и живут в разных условиях. Обуславливается это тем же набором причин, что и различия поведения у взрослых, которые мы уже рассмотрели. И только на социо-культурные причины тут всё списать нельзя.

Выше уже было сказано, что самки могут конкурировать за еду. Исходя из данных разбираемой книги сложно сказать, если ли такая же конкуренция у самцов, но кое-что интересное можно отметить. Сначала самое общее:

Самцы бонобо живут вместе, однако они крайне конкурентны: они не охотятся вместе, в отличие от самцов шимпанзе, и точно так же они не защищают вместе территорию и не образуют политических союзов.

Самцы шимпанзе охотятся, в отличии от самок, более того, охотятся совместно. Почти как наши прямые предки охотники-собиратели. У шимпанзе могут быть разные цели охоты, не только добыча мяса, которой они делятся со всеми.

Известно, что шимпанзе в диких условиях делятся мясом после охоты. Взрослые самцы загоняют жертву, демонстрируя порой высочайший уровень кооперации, после чего другие члены группы приходят попросить своей доли. Согласованные действия и дележ добычи являются обычным делом и в жизни колонии Арнема, которая «охотится» за запрещенной листвой. Самцы используют длинные ветки, чтобы забираться на живые деревья, защищенные электрическим ограждением.

Ещё есть данные, возможно не из книги, в ней не нашёл цитаты про это, что молодые самцы устраивают охоту на самцов и детёнышей из других групп шимпанзе, но, ясное дело, что в зоопарке это нельзя наблюдать. Эта охота устраивается не столько ради каннибализма, сколько ради уничтожение конкурентов из слишком близко расположенных групп — самок обычно не трогают. Однако вернёмся к «охоте» в зоопарке — добыче свежих листьев. Почему именно самцы этим занимаются? Можно придумать разные объяснения, включая исключительно половой деморфизм:

Не находя веток, которые бы валялись на земле, они стали отламывать большие ветви от мертвых дубов. Это требует огромной силы, поэтому выполнять такую работу всегда приходится взрослым самцам. К нашему облегчению, ветви теперь используются уже не для побега, а для того, чтобы перелезть через электрическое ограждение и попасть на живые деревья.

Однако, если есть ветки, которые не нужно отламывать, насколько я понял, всё равно добывают листья только самцы. Возможно это связано и с тем, что тут нужна кооперация, к которой самцы привыкли и в иерархических битвах, и в настоящей охоте. И с тем, что они не сидят с детёнышами. К сожалению, роль альфа-самца в охоте, как на мясо, так и на листья, в книге не обозначена.

Интересно ещё отметить пару мелочей, которые показывают насколько схожи в поведении шимпанзе и люди. Например, как девушки часто привлекают мужчин?

Многие считают Амбер самой привлекательной в сексуальном плане самкой, поскольку во время флирта она при ходьбе виляет бедрами.

Узнаёте? Честно говоря, думал, что это чисто культурная находка, а оказывается, что если и культурная, то не только человеческая.

Ещё одна интересная деталь, говорящая о том, что самки образуют более тесные социальные группы, больше общаются.

Социограмма показывает, как Мама и Джимми образовали ключевые связи в сети женских отношений. У Пёйст и трех из четырех самцов мало связей с остальной сетью. Важным исключением в числе самцов является Лёйт, у которого почти столько же контактов, как и у двух центральных самок.

У человека подобные наблюдения иногда эволюционно обосновываются тем, что женщины сидели с детьми в поселениях и общались, а мужчины ходили на охоту. Однако у шимпанзе же нет такого разделения труда.

Чтобы картина получилась полной, нужно сказать и о различных отклонениях, модификациях поведения, связанных с генетическими или социальными изменениями особей.

Редкое гендерное поведение

Что происходит с самками, если они начинают выполнять мужские социальные роли? Если бы не было различий между полами, то можно было бы предположить, что никакого изменения не должно быть, однако, мы наблюдаем иное у Мамы, которая выполняла роль альфа-самца:

Когда я начал работать в Арнеме, прошло уже два года со смещения Мамы. В это время у нее как раз был переходный период. Она стала демонстрировать меньше мужского поведения, направленного на устрашение, однако у нее тогда еще не появилось и большого интереса к потомству. В этот год она родила малыша, но не хотела сама с ним нянчиться. Она постоянно пыталась отдать его своей подруге Горилле.

Мужское социальное поведение привело к подавлению женских инстинктов, возможно, из-за изменения гормонального уровня. Родить она смогла — после того как ушла с должности альфа-самца, но нянчиться это уж слишком не самцовое поведение, лучше уж отдать подруге.

В группе шимпанзе, которой посвящена книга, была одна самка с нетрадиционной для шимпанзе половой ориентацией — Пейст.

Она – единственный взрослый член группы, который в среднем проводит больше времени с взрослыми особями противоположного пола, чем своего. Таким образом, она занимает промежуточную позицию между мужской и женской сферами колонии. Поскольку эти сферы с годами все больше расходятся, Пёйст со временем может сыграть роль важного связующего элемента.

Наблюдение за таким отклонением может дать много информации о характерном для самок и самцов поведении, но де Вааль очень мало места посвящает рассказу об этом.

Пёйст не только часто оказывается в одной компании с самцами, но и в одной «лиге» с ними. За пределами сексуального контекста она в целом не готова солидаризоваться с другими самками. И если другие самки защищают друг друга от агрессии самцов, Пёйст обычно присоединяется к противоположной стороне. Когда какой-либо самец атакует самку, Пёйст порой тоже набрасывается на нее, кусает или бьет. Она также может с успехом натравить самцов на других самок. Поэтому неудивительно, что самки, находящиеся в подчиненном положении, страшно боятся ее.

То есть поведение Пейст во многом напоминает поведение самцов — они не хочет быть самкой, но в общество самцов она попадает не полностью, не участвует в формировании иерархии. Она очень долгое время не соглашалась спариваться самцами, но интересовалась самками в период течки. Правда в конце она таки родила и оказалась неплохой матерью.

Мне кажется, что я достиг желаемой цели — описал особенности поведения шимпанзе в аспекте различий полов. Напомню, что для описания использовалась только одна книга, вокруг которой в своё время и разгорелся спор.

Заключение

Надеюсь, мне удалось показать наличие гендерных отличий у шимпанзе в социальном поведении, в политических стратегиях, которые похожи на особенности социальные роли в патриархальном обществе. Важно задуматься откуда появляются эти различия. Понятно, что это не чисто культурно-социальное явление, во всяком случае у шимпанзе, явно есть и биологическое влияние, как уже было сказано. Часто эти различия списывают на физические различия, половой деморфизм: самки меньше, нет хорошо развитых клыков, потому они не могут конкурировать с самцами, но, опять же, уже говорилось, что он не всё объясняет. Но почему возник половой деморфизм? Разница в целях, стратегиях полов: самкам нужно добиться спаривания с самым успешным самцом, а потом длительное время защищать его детёныша от других самцов; самцу нужно получить доступ к максимальному количеству самок, чтобы оставить максимальное количество потомства. Самкам для достижения цели не нужно драться, а самцам — нужно. Именно эта разница приводит к появлению полового деморфизма, к физическим различиям и к разным политикам, говоря языком автора, у самцов и самок.

Но и это не является конечным объяснением. Разница в половых стратегиях частично объясняется тем, что самцы и самки вносят разный вклад в создание полноценного потомства: самка тратит значительно больше сил и времени на детёнышей, чем самец, то есть её вклад значительно больше, а ценность для продолжения вида — существеннее. Потому и происходит конкуренция самцов за самок. Чего конкурировать за самцов, если их вклад в потомство весьма мал или стремится к нулю? Чем больше разница вкладов, тем сильнее конкуренция за тот пол, который вкладывает больше. У Шимпанзе самцы играют некоторую роль в выращивании потомства, они защищают самку с детёнышами — потому деморфизм не очень ярко выражен, не так сильно как у горилл или павлинов, например, но всё же есть. И накладывает свой отпечаток на политику этих обезьян.

У человека половой деморфизм выражен слабее, возможно потому, что у какого-то предка современного человека самец стал играть большую роль в выращивании потомства — как охотник, защитник или ещё как-то. На этом основании можно сказать, что выводы о гендерных различиях в политике шимпанзе нельзя переносить на человека. Тогда и все остальные шимпанзиные доводы не адекватны, не годятся для человеческого общества.

Возможно, чтобы выявить исходное, естественное для человека поведение, социальную политику нужно изучать не шимпанзе, а другие виды, у которых схожая степень выраженности полового деморфизма, например, гиббоны или бонобо. Однако, многие схожие аспекты поведения шимпанзе и человека говорят о том, что общего достаточно и некоторые аналогии могут быть довольно строгими, даже научными.

Интересно отметить, что у предков человека с самого начала материальной культуры уже было разделение труда между полами, при одновременном уменьшении физического полового деморфизма: самки и самцы имели свою специализацию, хотя в разных культурах они выполняли разные роли. Коротко, но насыщенно это изложено в небольшом ролике Дробышевского.

Книга «Политика у шимпанзе» была написана в то время, когда гендерный вопрос ещё не стоял так остро (или просто важным в нём считали другое), потому в ней не акцентируется внимание на этой проблеме, в связи с чем данные о различии полов приходилось собирать из обрывков, из рассказов про другое. Это тоже может вызвать нарекание и претензию, которая заключается в том, что де Вааль сам собирал данные исходя из априорного мнения, что самцы в обществе важнее, чем самки. В таком случае его данные тоже нельзя использовать, они тоже неадекватны — все данные, а не часть из них, которая не подходит под определённые мнения.

Если же принимать данные книги, то напрашивается однозначный вывод, что различия полов существенны, что естественные и оптимальные гендерные роли (исходя из начальной установки, см. Вступление) больше похожи на патриархальные порядки, чем на современные взгляды, уравнивающие положение и роль полов в обществе. Причём эти отличия, наверное схожие с традиционными, видны уже с подросткового возраста, когда детёныши приближаются к половозрелому возрасту, но ещё не входят в него.

Анализ книги может поставить ещё несколько вопросов, ответы на которые нужно искать вне биологии.

Есть ли смысл пытаться восстанавливать естественные отношения? Мне кажется, нет — потому, что мне неблизко общество с гаремами и прочими полигамными отношениями. Хотя, готов признать, что, возможно, для популяции и нашего вида в целом полигамность оптимальнее и выгоднее для выживания. Однако вопрос можно поставить и иначе.

Нужно ли поддерживать у человека в обществе эволюционно сложившиеся положение полов или нужно менять что-то? Вопрос не имеет однозначного ответа, так как необходимо уточнить: для чего менять или не менять, какова цель? Эволюционно отобранные роли полов нужны для повышения выживания вида в целом, но только в природных условиях. Та среда, которую создал человек, уже мало похожа на леса, где живут шимпанзе, потому, возможно, человеку нужны другие роли самцов и самок, но какие именно сказать сложно. У приматов особенности поведения складывались в процессе длительного отбора, человек же преобразовывает природу слишком быстро для естественной эволюции. Ну и опять вопрос: для какой цели мы выбираем роли? Для счастливой жизни конкретных особей, для выживания вида или чего-то ещё. Над этими вопросами я предлагаю задуматься уже вне связи с шимпанзе.

Добавить комментарий

Войти с помощью: