Игра на выживание — Рисовый фермер

Педагогический процесс полезно разбавлять не только скучными практическими заданиями, но и чем-нибудь развлекательным. Потому для своего курса «Логика в биологии» придумал игру, которая со временам получила название «Рисовый фермер». Играю в неё уже давно и разными способами, но только сейчас решил, что пора уже полноценно написать про эту идею.

Уже трудно указать все источники вдохновения, но происхождение названия и общей атмосферы игры находится легко. Этим первоистоком послужил синопсис научной статьи на сайте «Элементы большой науки» — «Выращивание риса способствует холистическому мышлению, пшеницы — аналитическому«, написанный Александром Марковым в 2014 году. В этой статье рассказывается про несколько неожиданное исследование, про связь типа сельского хозяйства (рис или пшеница) и отношения к своим/чужакам, то есть, как следует из названия, природные условия, которые вынуждают выращиванию к того или иного типа культуры, влияют на наше мышление и поведение. Исследование меня поразило и увлекло — и до сих пор продолжает это делать.

Пшеницу выращивать просто, можно на маленьком клочке земли в одиночку. Каждая семья может выращивать пшеницу самостоятельно, по своим личным правила — и только она сама будет страдать, если эти правила не работают. Такой способ хозяйствования приводит к тому, что развивается индивидуализм — нет необходимости в коллективизме, общинности, где твои удачные решения и круглосуточный труд нивелируются глупостью и ленью соседей.

С выращиванием риса совсем другая история: для него требуется ирригация, большие земельные работы, шлюзы — нужна коллективная работа, иначе никак. Подсчёты показывают, что рисовые фермеры (китайцы доиндустриальной эпохи) в среднем трудились на два часа в сутки больше, чем пшеничные. В рисовых областях возникали общины, сплочённые коллективы — в ущерб индивидуализму. Можно сказать, что тяжёлые условия заставили людей действовать организованно, иначе просто не выжить.

С какими особенностями поведения связана эта разница, как её можно зарегистрировать? Исследование проводилось в Китае, где есть районы с доминированием как пшеницы, так и риса, при схожем этническом составе и однородном распределении языков и религий.

Основной важный для меня результат — это различия в уровне парохиализма, то есть преданности «своим». Под своими понимаются члены общины, которых рисоводы благодарят сильнее, но слабее наказывают, чем это делают их пшеничные коллеги. На чужих, незнакомцев, выращиваемая культура не влияет — с ними все одинаково общаются. Тут можно предположить, что жизнь взаимозависимой группой приводит к нахождению консенсусов, обхождению острых углов, которые могли бы привести к параличу работы общины или даже её развалу. Лучше простить в мелочи, чем завалить всё. А если хорошо работает, то нужно так же хорошо похвалить, поддержать — он более свой, чем в индивидуалистических общинах сажающих пшеницу.

Было найдено ещё несколько зависимостей: рисоводы реже разводятся и получают меньше патентов на открытия; классический триадный тест показал, что у рисоводов мышление более холическое, а у пшеничных фермеров — более аналитическое; метод социограмм показал, что рисовые фермеры менее индивидуалисты, чем жители пшеничных провинций. Отличий может быть и больше, но это те, которые тестировались. Как видите и это уже не такой маленький список.

Почему я это всё так подробно описываю? Потому, что читая про это исследование я вспомнил многочисленные работы на тему альтруизма на более простых организмах — на одноклеточных. Например на бактериях Pseudomonas fluorescens. Давайте сравним два исследования, так ли уж они отличаются от людей?

Pseudomonas fluorescens — бактерии, которые обычно живут в толще воды или питательного бульона, но когда их становится слишком много, кислород на глубине заканчивается и оказывается выгодно обитать около поверхности. Однако в одиночку бактерии не могу удержаться на поверхности, потому они образуют колонии, где каждая бактерия синтезирует клей — липкое вещество, которое выделяется наружу и склеивает клетки в небольшой плотик.

Это и есть альтруисты: они тратят много сил на синтез клея, начинают медленнее размножаться, зато все вместе держатся на поверхности и получают групповые преимущества. В таком исключительно альтруистическом обществе всегда появляются эгоисты — это очень выгодно. Ты не тратишь сил на синтез клея, быстро размножаешься, но имеешь наравне со всеми общие групповые преимущества.

И всё хорошо, пока эгоистов немного. Когда их становится много, а это происходит часто, ведь они делятся быстрее, плотик разваливается — некому синтезировать клей — бактерии тонут. Все теряют групповые преимущества. То есть быть эгоистом среди эгоистов — практически не выгодно.

А теперь замените в рассказе, что изложен выше, бактерий на рисовых фермеров, а плотик — на рисовое поле с ирригацией. Чувствуете разницу? Я — несущественную. Разве что на бактериях проще экспериментировать, этический комитет не ограничивает.

Сложив клейких китайцев и бактерий-рисоводов, добавив другие исследования альтруизма и эгоизма, куда входит и тема парохиализма,  я получил на выходе игру на выживание, где студенты борются за накопление наибольших запасов риса. Формальная цель игры — рисовое богатство, но, как это часто бывает в исследованиях, цель наблюдателя иная: пронаблюдать насколько игроки доверяют «своим», насколько сильно их наказывают и скольким готовы жертвовать ради благополучия всей общины. Например, готовы ли поделиться урожаем с соседями, находящимися на грани голодной смерти или посадить последнее, рискуя умереть с голода дожидаясь урожая, чтобы община выжила.

Интересно наблюдать как меняется поведение людей в игре: в первых играх общины зачастую не доживают до 20 раунда (традиционный конец игры) — наступает голодная смерть и запустенье, но постепенно игроки понимают, что альтруизм, или умеренный эгоизм, полезнее, чем лютый эгоизм, они позволяют хотя бы выжить. После того как община научается доживать до конца, собственно и начинается игра, всё самое интересное. В том числе потому, что появляется смысл включить возможность наказания эгоистов, которая добавляет важную интригу.

Можно ставить в игре различные эксперименты: разбивать игроков на общины не случайно, а так, например, чтобы в одной были знакомые между собой люди, а в другой нет. Таким образом можно посмотреть, будет ли влиять дружба на уровень доверия между игроками. Многое ещё всяких вариантов можно пробовать, лишь бы хватила фантазии и возможностей конкретных реализаций игры.

Почему я так упорно бьюсь за то, чтобы продолжать играть в эту игру со студентами? Ради вот таких комментариев от студентов: «Странные у нас капиталисты… Вместо попыток преумножить свои богатства, они чахнут на золотых кучах». Действительно, игра очень наглядно показывает какую пользу самому себе и окружающим может принести альтруистическое поведение — что на первый взгляд смотрится как противоречивое высказывание: альтруистическое поведение должно приносить вред деятелю, но если в ответ все окружающие начинают вести себя так же альтруистично, то выгоды получается больше, чем потерь.

Казалось бы, вот община, у которой есть всё необходимое для развития и процветания, но нет, люди, её составляющие, раз за разом губят её, страдают от голода, каналы засоряются, так как работать некому.

Вот идеализированный график того, как могут расти запасы в той или иной ситуации. Понятно, что лучше всего одному эгоисту в стане альтруистов, но если количество эгоистов растёт, то преимущества катастрофически быстро пропадают. Община из одних эгоистов обречена на почти моментальное вымирание. К сожалению, этого многие не понимают, а потому не думают о завтрашнем дне, стараются урвать больше сегодня — и приводят семью, общину, популяцию, страну к стагнации, деградации, развалу. Альтруисты, не боящиеся вложить всё в развитие общины, накапливают больше, чем община умеренных эгоистов — не повод ли это задуматься.

А вот реальный график «накопления» запасов общиной студентов. Или вот, из другой игры, как менялась раздача урожая в общине — до максимума в 60 никогда не поднималась, ближе к концу эгоизм усиливался и студенты сажали, а значит и собирали, меньше. Конечно, не всегда дела складывались именно так, но на графиках представлена довольно частая ситуация, причём в довольно мягкой форме — как уже говорил, свои первые игры фермеры зачастую проигрывают, умирают от голода.

Возможно, сыграв в игру «Рисовый фермер» кто-то запомнит о пользе социально значимых альтруистических действий, поступков и немного изменит нашу жизнь, наше общество — нашу небольшую общину рисовых фермеров, где все зависят от всех. Или вспомнят, что мы все фермеры на нашей маленькой планете Земля, которую мы тоже можем совместными усилиями довести до вымирания.

В игру на выживание «Рисовый фермер» можно сыграть самостоятельно с помощью телеграм-бота https://t.me/Ricefarmerbot — ну как самостоятельно, общине требуется минимум три человека, чтобы сажать рис, так что в одиночку в игре ничего не сделаешь. Обсудить игру, найти игроков можно в чате игры, а почитать про правила, тм, как пользоваться ботом и про базовую теорию игры, которая приводилась и тут, можно в подборке постов про игру.

 

 

Добавить комментарий

Войти с помощью: