Чёрно-белая книга

Книга, о которой я хочу рассказать, имеет интересную судьбу, и воспринималась людьми очень полярно, черно-бело, и до сих пор вокруг неё идут споры. Это говорит, что книга написана о чём-то важном, но неоднозначном для людей.

Говоря про Энид Блайтон, приводил имена самых издаваемых авторов и произведений, но они все представители ХХ век, за исключением классика Шекспира, что и неудивительно — именно на этот век пришёлся пик книгоиздания и чтения в целом. Но что было до него, в XIX веке, кого больше всего печатали? Конечно, Библию, она ещё более актуальна, чем в наукоцентричном ХХ веке. А вот на втором месте стоит книга, написанная женщиной, как это не удивительно.

«Хижина дяди Тома» за авторством Гарриет Элизабет Бичер-Стоу (Harriet Elizabeth Beecher Stowe). То есть несмотря на то, что женщины имели значительно меньше возможностей публиковаться, одна из них ещё в XIX веке вышла в лидеры продаж, если не считать Библию с неоднозначным авторством. Интересно, что в XIX веке она обогнала даже Жюль Верна.

Почему же эта книга стала так популярна?

Ответить можно так: потому, что быстро стала скандально известна. Как пишут, эту американскую книгу запрещали не только на родине, где на неё могли посадить на десять лет в тюрьму, но её одиозность влияние дошло даже до Европы, где её запрещал Папа, даже, вроде бы, в России она попала под цензуру, хотя где царская Россия и где негры-рабы.

Я бы сказал, что книга написана в очень интересное, для стороннего наблюдателя, время, когда негры ещё были рабами, но уже перестали быть животными, приблизились к человеку. Кто-то ещё считает их неполноценными существами, которые только рады служить настоящим людям и не способны к нормальной самостоятельной жизни, а кто-то уже признаёт их равными себе, хотя и далеко не всегда готов подпускать к себе, считает их таковыми на расстоянии.

Это и есть основная тема книги — показать как плоха система рабовладения и что негры тоже люди, но и тут не всё однозначно.

С одной стороны активно осуждается рабовладельческий строй и работорговцы:

А кто создает таких работорговцев? Кто более достоин осуждения? Образованный ли, благовоспитанный джентльмен, защищающий систему, которая неизбежно порождает таких торгашей, или сам этот жалкий торгаш? Ведь именно вы, господа, занимающие высокое положение в стране, разлагаете этого человека, развращаете его так, что он перестает ощущать позорность своего ремесла!

С другой, Стоу подмечает детали, которые неприятны жителям свободного Севера США, где в то время уже нет рабовладения, и вообще всем белым:

Вы, северяне, относитесь к неграм, как к жабам или змеям… а на словах возмущаетесь их тяжким положением. Вы не желаете, чтобы их истязали, но вы не желаете также иметь с ними что-либо общее. Вы хотели бы выслать их всех в Африку, лишь бы не видеть их, не ощущать их присутствия… Зато им вслед вы готовы направить парочку миссионеров, возложив на этих пастырей обязанность обратить их на путь истины. Разве я не прав, кузина?

И мы знаем, что сегрегация в США продлится ещё более сто лет — книга написана в 1852 году. Про остатки той сегрегации есть прекрасный фильм «Зелёная книга», но мы сейчас о книге.

«Хижина дяди Тома» была опубликована за десять лет до начала Гражданской войны в США, после которой рабство отменили, но ввели сегрегацию. Пишут, что эта книга внесла существенный вклад в развитие общества, которое и закончилось войной. Есть даже апокриф, что Авраам Линкольн, при встрече с Генриеттой Стоу, сказал: «So this is the little lady who started this great war». При этом в книге и сказано:

И еще одно: разве вина в существовании этой системы падает только на жителей Юга? Нет, Северные штаты — «свободные штаты» — поддерживали и защищали эту систему. Вина их еще более тяжкая, чем вина южан, ибо они не могут ссылаться на обычаи, привычку и воспитание.

Возможно, войной они и пытались искупить свою вину, но получилось ли?

Из перечисленного понятно, почему эту книгу встречали в штыки, причём это делали с обеих сторон, но активно читали, причём далеко не только в США, но и в Европе.

Церковь тоже отнеслась к книге неоднозначно, что и понятно. С одной стороны, автор показывала важность церкви и её моральных ценностей, с другой — очень точно описала как эта же церковь оправдывала рабовладельческий строй.

Разве то, что преподносят вам в церкви, — религия? Это — скользкая и гибкая доктрина, приспосабливающаяся к капризам и требованиям эгоистического светского общества! Религия — это нечто, делающее нас менее добросовестными, менее благородными, менее справедливыми и честными по отношению к нашим ближним, чем я был бы сам, следуя велениям моей греховной, легкомысленной, ищущей наслаждений природы!

В России книга подвергалась цензуре, так как люди проводили аналогию между рабами и крепостным, но при этом существовали переводы и её публиковали — видимо до запрета. Или подвергалась частичной цензуре, точной информации не нашёл.

Это всё, включая церковный вопрос, на мой взгляд, положительное влияние книги, за которое её включили в золотой фонд литературы и школьную программу. Тут, конечно, сказался и хороший язык, захватывающий сюжет, но сейчас не об этом. Однако, есть и другой аспект влияния.

С современных позиций, и даже не только современных, персонажи красочно описанные в романе не являются однозначными и у многих вызывают претензии. Так, главный герой дядя Том — нигде не указывается его возраст, но можно догадаться, что по нашим меркам небольшой, так как у него маленькие дети, — в целом положительный, но не нравится даже самим неграм. Например, за свою покорность судьбе, пассивность.

Так в 1960-70е «Том» было ругательством у негров, как указатель на пассивность, примерный аналог нашего «терпилы». Образ mammy — поварихи-негритянки, которая ещё и нянчится с белыми детьми, — тоже вышел из этой книги. Как тут не вспомнить Форреста Гампа и его чёрного друга Бабби, выросшего как раз у такой mammy. Причём в образ mammy входит её удовлетворённость своим местом в жизни, она не стремится что-то изменить в жизни и стать свободной.

Тетушка Дина была прирожденной стряпухой, как и тетушка Хлоя, как, впрочем, и многие другие негритянки. Но тетушка Хлоя была аккуратна и методична в своей работе и исполняла свои обязанности, придерживаясь раз установленного порядка. Дина творила только по вдохновению. Подобно многим современным философам, она глубоко презирала разум и логику и подчинялась только своей интуиции. Не было такого гения, такого авторитета, таких доводов, которые могли бы заставить ее признать существование лучшей системы, чем ее собственная, и убедить ее, что в ее систему могут быть внесены какие-либо изменения.

Это не единственные стереотипы, которые вышли из этой книги. Большинство касается негров и мулатов, но и из белых персонажей можно сделать отличные стереотипы. Вот про белого плантатора:

— Дорогая моя Вермонт, вы, северяне, придаете нелепое значение времени. Какую цену может иметь время, объясните мне, пожалуйста, для человека, у которого его вдвое больше, чем он в состоянии заполнить? Что же касается распорядка дня, то ведь если у человека нет другого занятия, кроме лежания на диване, то какое значение может иметь, если завтрак или обед будут поданы часом раньше или позже?

Такая стереотипизация сыграла существенную и негативную роль в установлении равноправия полов. Казалось бы, всего лишь художественная книга основанная на реальных событиях, но такие последствия! Как ещё, интересно, художественная, не религиозная, книга вызвала подобное? Разве что «Происхождение видов» Дарвина.

Тут хочется отметить, что действительно есть довольно много людей, всех рас и национальностей, которым не нужна свобода — им значительно проще и счастливее живётся, когда не нужно принимать на себя ответственность, мучиться проблемами выбора, а можно жить так, как сказал старший, помещик, рабовладелец. Люди разные.

Почти в самом заключении хочу отметить ещё один аспект влияние «Хижины дяди Тома», на этот раз литературный: после выхода в свет этого романа появился целый пласт литературы, который назвали анти-Том. В этих книгах описывали рабство с другой стороны, старались показать его с хорошей стороны, полемизировали с Стоу, но всё равно: осталась Хижина и анти-Том, а не наоборот.

Интересно, что долгое время роман «Хижина дяди Тома» считался высококультурным, просветительским — «правильным», но маятник качнулся в другую сторону настолько, что в США стали убирать книгу из школьной программы: в романе негров называют неграми и даже niggers, а не афроамериканцами — это не политкорректно. И вообще там есть сцена, где неграм дают свободу, а они от неё отказываются — разве можно такое детям читать? Правильно ли это? Прочитав книгу я не нашёл там ничего такого, за что её можно было бы исключать из школьной программы, но и включать туда изначально я бы не стал: в книге выпукло представлены разные взгляды на жизнь и цели в жизни, на рабов и работорговцев — все ли дети разберутся в том, какая лучше или выберут ту, которая им ближе, и сделают книгу, в которой много эмоций, поддержкой своей точки зрения? Мне кажется, это книга, как и многие в отечественной школьной программе, мало подходит для детей, разве что старшеклассников.

— Что тебе больше по душе: жить так, как ты жила у дяди в Вермонте, или иметь дом, полный рабов, как здесь?

— О, у нас гораздо лучше! — сказала Ева.

— Почему? — спросил Сен-Клер с некоторым удивлением.

— Потому что у нас гораздо больше людей, которых можно любить! — ответила Ева, глядя на отца своими выразительными глазами.

Роман написан в несколько устаревшей манере и не стыдится показывать, вызывать эмоции у читателя — в новейшей литературе от этого несколько отошли, даже в рамках женского романа, который заточен на другие интересы женщин.

Мне кажется, что роман, оказавший столь значительное влияние на историю и культуру, интересно прочитать даже просто из общекультурных соображений.

Добавить комментарий

Войти с помощью: